Антиреспект, Истов – Бонжорно

Гамарджоба, кацо, как ты, бинджо? Чего трепаться? Я всё чувствую и увижу.
А ты, амуре мио, не мерзни зимой стужиной, а я не мимо. Здравствуй, родная, бонжорно.
Бонжорно, родная, я тут за тобой наблюдаю. Ты словно дитё, рая, а я всё по краю.
Да не важно, страницы горят, я также тонирую взгляд.
Ты снутри горел — значит, всё в порядке. В зеркало смотрел при параде.
Если не удел или если не стою, на тебя смотрел, я душой посою.
Ждёт аэропорт, паровоз гружёный, ну и вот.
Здравствуй, родная, бонжорно, небеса порой гаснут.
Мы так часто немилые, ведь здесь не важно казаться опасным.
Здесь важно остаться любимыми, пускай где-то там, где-то в прошлом.
Что морщинами резко-то крошится? Кто-то скажет: «О боже, да что ж там хорошего?»
А ты посмотри с высоты одиночества, чтобы когда-нибудь при луне, чтобы тряснул меня мандраж.
Ты однажды вдруг скажешь мне непринуждённо и просто: «Привет, Саша!»
По горизонту я взгляд удержу. Приветов всем не передам — не хватит листов, на этом вершу.
Пускай будет свет навсегда.
Если не удел или если не стою, на тебя смотрю. Я душой посою, ждёт аэропорт, паровоз гружёный, ну и вот.
Здравствуй, родная, бонжорно.
Если не удел или если не стою, на тебя смотрю. Я душой посою, ждёт аэропорт, паровоз гружёный, ну и вот.
Здравствуй, родная, бонжорно.
Ведь здесь не важно казаться опасным. Здесь важно остаться любимыми.
Небеса порой гаснут. Мы-то часто немилые. Пускай где-то там, где-то в прошлом, остаться любимыми.
Остаться любимыми.
Здравствуй, родная, я тут за тобой наблюдаю.

Внимание: В тексте могут быть ошибки!!!