Иван Кучин – Сентиментальный детектив 2

В прошлом был я вор в душе и бандит в потенции, а она сама вобще из интелигенции.
Как нацепит красный бант, выдет из-за ширмы, сразу видно консультант и иностранной фирмы.
Ну, амур прищурил глаз, плюнул на сомнения и пошла любовь у нас ультрасовременная.
Не сказать, чтоб плохо все - все вполне приглядно, правда страсти у нее по ночам, ну, ладно.

Тут еще деталь одна тоже очень странная, только гости, так она - раз меня и в ванную,
То в чулан меня запрет, то на антресоли и меня, конечно, зло берет - чемодан я, что-ли.
Психанул раз как-то я: "Чем, мол, недовольная?", а она говорит: - "У тебя морда протокольная".
"Ладно." - думаю, сидя в шифонере темном, - "Ночью я тебе, змея, все-все-все припомню"

Ну, а сам глаза до дыр стер, глядя сквозь скважину, а они там - гыр-гыр-гыр - чешут не по нашему.
Только вот сдается мне эти иностранцы не они, а в их тряпье наши голодранцы.
Приблатыкались под них, шушера валютная, ох, я вам и сперло дых за ее беспутную,
Закипела кровь моя, ну, держитесь, волки! И рванул рубаху я, обнажив наколки.

Морду сделал кирпичом, выгнул пальцы веером, эх, и вышибнул плечом дверцы шифонера я
Залетаю и реву: - "Ша! Баргуда! П*дла! Кыш под нары! Пасть порву! Кислая баланда"
Глядь, один аж побелел, выронил фломастеры и белугою взревел: - "Террористы, гангстеры!"
И с балкона, а второй, хоть и чернокожий тот по русски: - "Я", - говорит, - "свой", но с балкона тоже.

Все утихло, выпил я, а она сердешница, под столом лежит плашмя, не мычит, не телится
Я водой ее полил - вроде оклемалась "Что ж ты, Ваня, натворил", - ну, и разрыдалась.
"Ах, дурак ты. Ах, бандит. Где ж теперь мне денег брать? "Это ж были", - говорит, - "бизнесмены, твою мать"
Знать бы, ладно, ничего - все поймут ребята ничего-то, ничего, да, этаж девятый.

И ударилася вновь - слезы пуще прежнего свою грустную любовь утешаю нежно я.
Отмотаю, мол я срок и вернусь к тебе, ну, а тут в дверях звонок. "Кто там?". "ФСБ".
Ну, а тут в дверях звонок. "Кто там?". "ФСБ".